Документ без названия

День Независимости

         

    Массивная железная кованая дверь захлопнулась, едва не задев Нюму. Он вышел за ворота спецучреждения, распрямился и полной грудью вдохнул пьянящий воздух свободы. Летнее солнышко ласково пригревало, весело чирикали воробьи, купаясь в большой луже, оставшейся после вчерашнего дождя. Сегодня, 24 августа 1988 года, Нюме предстояла поездка в родной город, но ненадолго, только на сутки. Завтра ему необходимо быть на утренней проверке, ведь данное слово нарушать нельзя, даже если оно дано своему конвоиру. А в это время перестройка уже ускоренными темпами набирала силу, перестраивалось и перекраивалось всё то, что было нелёгким трудом нажито предыдущим режимом. Развал Советского Союза был уже не за горами. Ведь спустя всего несколько лет именно в этот день, кусок страны, гражданином которой он являлся, объявит себя самостоятельным государством. А пока этот день символизировал для Нюмы независимость от режима, но только на 24 часа. Он даже не мог себе представить, какой сюрприз сегодня его ожидает - сплошные подарки.

           В октябре 1985 Нюма был арестован за контрабанду в Одесском аэропорту, суд приговорил его к 3 годам общего режима, власти хотели сослать в Тюмень или дальше, за Полярный круг, но высокопоставленные покровители посчитали, что это молодое дарование может вполне искупить свою вину, работая на стройках народного хозяйства. Так он попал на химию в Беляры. Здесь режим был не таким строгим, как в тюрьме, но всё равно зона есть зона. По периметру территория была обнесена высоким забором с колючей проволокой и охранялась милицией, а осужденные проживали в двухэтажных бараках. Каждое утро за ними приезжал крытый грузовичок, который доставлял их на стройку аммиачного завода, а вечером обратно. Иногда разрешалось выходить за пределы химии сделать покупки и даже с почты позвонить родным, но о самовольной поездке дальше Беляр не могло быть и речи, это расценивалось как побег и виновный быстрее ветра летел в места не столь отдалённые, с более суровыми условиями заключения. Но не таков был Нюма, так чтобы не найти подходов к охране.

           Весело насвистывая, засунув руки в карманы, он шёл уже по знакомым улочкам. По дороге ему вспомнилось, как он договорился с охраной, и улыбка расползлась по его лицу сама собой. А дело было так. Его кореш - Чапа, вместе с которым они неоднократно проворачивали аферы, неплохо разбирался в электронике и радиотехнике, ему удалось собрать мини-диктофон и замаскировать под пачку сигарет. При свидании он передал это устройство Нюме, который спрятал его в караульном помещении. После нескольких записанных разговоров можно было начать интересную игру - «ШАНТАЖ». Имея на руках компромат, Нюма сумел выторговать у охраны льготы какие только возможно. Как говорят работа не волк, в лес не убежит, поэтому на стройках народного хозяйства мог трудится кто угодно, только не он. А чтобы конвоирам было не так обидно, они получали ежемесячный паек, в который обязательно входили несколько блоков сигарет, бутылка коньяка, палочка салями и другие деликатесы; за это ему позволяли два раза в месяц, на несколько дней уезжать, но не дальше пределов Одесской области. Но всё изменилось с приходом нового начальника. Как известно новая метла по-новому метёт. Произошла чистка в рядах охраны спецучреждения. Изменились правила и порядки, теперь можно было съездить в другой город, на пару дней - навестить родных, Но осужденный должен был написать заявление и дожидаться своей очереди, А так как осужденных было несколько тысяч и фамилия Нюмы, находилась в конце списка, то встречу с родными можно было ждать несколько лет. Новый начальник Наумов Сергей Иванович, или как называли его зэки Наум, установил строгие порядки, обязав выходить на работу даже его. Вчера Наум уехал по делам и вечером Нюма позвонил друзьям, чтобы за ним приехали.

            Повернув за угол , он увидел иномарку Чапы. Друзья уже ждали. Поздоровавшись, Нюма сел к ним в автомобиль. Машина сразу стартанула и через несколько минут, выехав на трассу, набрала скорость и помчалась в Одессу.

        По дороге происходил обмен информацией, приятели поведали ему о том, что с последней их встречи они уехали в Крым, где сумели немного обогатиться. Спустя некоторое время, приехав в Одессу, машина остановилась возле гостиницы «Турист» в Аркадии. Распрощавшись с друзьями и договорившись встретится вечером, Нюма вышел из машины и направился ко входу. Двери приветливо распахнулись, швейцар Дима - одетый в ливрею с позументами, узнал дорогого гостя. Его лицо расплылось в улыбке, а рука машинально вздёрнулась к козырьку, так он отрабатывал свои чаевые, на которые Нюма никогда не скупился.

      - Очень рад вас видеть – сказал Дима – давно не были у нас.

- Был в длительной командировке – ответил Нюма, не распространяясь о том, что сидит на общем режиме, - завтра еду обратно, вот решил навестить родные пенаты – продолжил он, проходя через вестибюль. Затем, повернув налево, Нюма прошествовал к бару, по дороге он осмотрелся в большое старинное зеркало висящее в коридоре. В отображении он увидел загорелого хитрого парня с короткой причёской, одетого в красную «гавайку» и светлые джинсы, на ногах сандалии. Оставшись доволен своим внешним видом, он подмигнул самому себе и уверенной походкой зашел в бар. Отчеканив по паркету шагов двадцать, он остановился прямо у барной стойки. За ней возвышался его знакомый бармен – Толик Заяц. Заяц это такая фамилия, а не кличка. Увидев Нюму, который присел на своё излюбленное место, на высокий кожаный стул, Толик поинтересовался:

– Давно вышел?

- Да нет – ответил Нюма, - завтра нужно быть на утренней проверке, поэтому сегодня угости, чем можешь. Я в долгу не останусь, ты ведь знаешь.  - -         - Какой может быть базар, изумился Заяц – Для тебя всё что угодно. Что будешь?

- Для начала можно кофе, а там можно будет и что-то покрепче.

         Пока Толик готовил кофе, Нюма осмотрел бар. В этот обеденный час посетителей было мало всего несколько человек – наши и несколько арабов. Вдруг двери бара распахнулись, и его внимание переключилось на вход. В бар неторопливой походкой вошёл слегка поддатый кучерявый араб. Увидав Нюму, он воскликнул на весь бар:

- Хэлло, фрэнд Алик!

Нюма тут же изобразил на своём лице дружелюбие, как будто увидал старинного приятеля, хотя видел этого араба первый раз в жизни. Обнявшись с ним, Нюма заказал Зайцу рюмку коньяку для своего друга. И поинтересовался:

- Как дела?

- Да вот вчера прилетел Париж, привёз тебе Алик часы, которые ты заказывал. С этими словами араб извлёк из кармана дорогие  «часы с позолоченнным корпусом. Нюма, взяв часы в руку, осмотрел их. Циферблат был инкрустирован камнями, а корпус был позолочен. Не меньше нескольких сотен долларов – промелькнула мысль у Нюмы. Вернув часы хозяину, Федя покачал, головой и с сожалением сказал:

- Не могу купить, финансы не позволяют.

- Ничего, Алик, бери, потом рассчитаешься – сказал араб, возвращая часы обратно. После нескольких выпитых рюмок Нюма и его новоявленный друг Абдулла присели за отдельный столик, там они продолжили беседу. У меня есть немного проблема – поведал Абдулла – Мой вьетнамский друзья, Хотят купить доляри не мог би ты, помочь, Алик, как в прошлый раз.

- Ноу проблем – сказал Нюма который уже вжился в роль Алика, сейчас позвоним Юре и всё будет окей. Посидев ещё немного времени, приятели вышли из бара. В вестибюле гостиницы находился телефон. Набрав первый пришедший на ум номер, Нюма принялся говорить в трубку, прикрыв её рукой. Абдулла стоял неподалёку и слышал каждое слово произнесёное им.

- Алло, Юра. Это Алик – убедительно врал Нюма, пока шли гудки. Мне нужен ченч. Ты спрашиваешь сколько. Сколько? – спросил он у Абдуллы, тот показал три пальца и сказал фри таузен. Нюма продолжил - Ты говоришь в «Чёрном море» через несколько часов, ты привезёшь деньги. В этот момент на том конце провода недоумевали; Какие три тысячи? Какое Чёрное море ? Вы не туда попали, Куда вы звоните? Но Нюма уже повесил трубку, улыбнувшись Абдулле, он произнёс – Всё в порядке, ты все сам слышал, ну что поехали к твоим друзьям…

        Через несколько часов красная «копейка» , затормозила на улице Ленина, напротив входа в гостиницу «Чёрное море». Вместе с Нюмой и Абдуллой таксист привёз ещё трёх вьетнамцев, которые привезли рубли, чтобы купить доллары. Выйдя из машины, иностранные гости неторопливо поднялись по ступенькам. У входа в гостиницу их встретил портье, который спросил новоприбывших:

– Желаете снять номер?

На ломано – русско – английском, Нюма объяснил портье, что номер им пока не нужен, они хотят посетить валютный бар. После этого объяснения портье распахнул двери и сказал – Попрошу всех за мной, и повёл их, жестами показывая куда идти. Войдя в бар, Нюма огляделся, кругом одни арабы, никого из знакомых. Некоторые приветливо улыбались им. Пока гости присаживались за столик, Нюма подошёл к барной стойке. За стойкой стоял незнакомый парень лет двадцати пяти. Подойдя к нему, Нюма поинтересовался

- А где Андрей?

- Будет на следующей неделе, - ответил бармен. После этого Нюма отошёл от стойки. Присев за столик он шепнул Абдулле

– Договорился по три пятьдесят. Скажи своим друзьям пусть дают деньги, будем делать ченч. Но вьетнамцы заупрямились:

– Ми дать деньги после того, как взять доляри.

     Видя упрямство вьетнамских друзей, и, не желая упустить шанс обогатится, ведь вьетнамцам сказали по четыре рубля за доллар, Абдулла придумал один хитрый ход, который удивил даже видавшего всякое Нюму. Сегодня в этом баре находилось очень много его друзей и земляков. Пройдя между ними, Абдулла насобирал три тысячи долларов. Затем, посидев ещё немного, группа заговорщиков вышла из бара. Неподалёку прямо в гостинице находился летний садик, там было решено произвести ченч. Абдулла с вьетнамцами прошли в садик и присели на скамейку, а Нюма остался на прикрытии. Абдулла отдал три тысячи вьетнамцам, те дали двенадцать тысяч рублей.

       После совершенного обмена Нюма и Абдулла проводили соплеменников Хо-Ши-Мина к выходу из гостиницы. Вьетнамцы, выйдя на улицу, поймали такси и уехали. Нюма и Абдулла остались наедине. - Ну что Алик давай мою долю и доллари – сказал араб.

- Сейчас пойду к Юре и поменяю по три пятьдесят, - продолжал нагло врать мошенник распихивая деньги по карманам. Вместе они вернулись в бар. Абдулла пошел успокоить друзей которые дали ему деньги, сказать, что всё в порядке, оставив Нюму одного. Соображать приходилось быстро, требовалось уходить. Сочинив на ходу историю, Нюма опять подошел к бармену и сказал:

– Нужно пройти на склад забрать ящик шампанского, можно я через вас пройду. Бармен утвердительно кивнул головой и произнёс:

: – Да, конечно. 

Нюма улыбнувшись Абдулле и арабам, которые во все глаза, пялились на него. Он показал им пять пальцев, произнеся при этом:

- Файв минетс, и неторопливым шагом направился на склад. При каждом шаге, сердце бешено колотилось, но всё же выдержка есть выдержка. Прошмыгнув, через кухню на склад, а оттуда через чёрный ход на улицу, он остановился и огляделся, погони не было. Теперь можно спокойно выйти за ворота и уехать. Нажитые деньги и часы приятно грели его карманы, но подойдя к воротам Нюма увидел, что они заперты. Не возвращаться же обратно! Ворота были железные, крепкие высотой метра три. А наверху протянута колючая проволока. Словно обезьяна, Нюма вскарабкался по ним и спрыгнул. Приземлился он уже на Воровского. Затем он остановил такси и поехал к друзьям. Ведь вечер только начинался, и теперь можно было оттянутся по полной программе.

            А на следующее утро друзья его, полупьяного, привезли прямо к утренней проверке. Вскоре приехал Наум, он никогда так и не узнал о этой самоволке, ведь милицейская смена получила от Нюмы и его друзей богатые подарки, а сам Нюма, находясь на проверке, улыбался про себя, вспоминая вчерашний день, ведь лучшего алиби, чем отсидка на химии нельзя было и придумать. Через полгода Нюма вышел и в полной мере ощутил вкус свободы. Перестроившись вместе со временем, он стал проворачивать более крупные дела и смог сколотить капитал, но это уже другая история.

 

                                Рассказ опубликован  в сборнике  "Бандитская Одесса -9"