Документ без названия

Липовые пропуска

      В первые после оккупационные месяцы 1944 года, в освобожденной Одессе, ситуация была ещё очень напряжённой. Полицаи, предатели, нацистские преступники и другие криминальные элементы, вольготно чувствующие себя при румынско-фашистской оккупации, с приходом Советской власти старались бежать из города. И поэтому для приобретения билетов на морской или железнодорожный транспорт были введены специальные пропуска. Этот бланк с гербовой печатью за подписью ответственного лица - выдавался только в паспортном отделе милиции. В связи с таким положением в городе, конечно же, нашлись умельцы, искусно подделывающие такие документы и на этом зарабатывающие солидный куш.

Вот об одном из таких дел, мы и хотим рассказать читателю.

В один из знойных летних дней, когда асфальт буквально плавился под ногами, а в управление стояла невыносимая духота, позвонил начальник Железнодорожного вокзала, и поведал, что у них в кассе имеются несколько подделанных пропусков. Давид Михайлович мгновенно отреагировал на полученное сообщение, и вскоре у милиционеров оказались три важные улики. Теперь необходимо было разобраться, что же это такое?

В своих воспоминаниях В.М.Курлянд пишет;

«В начале существовала версия, что бланки таких пропусков были изготовлены в одной из Одесских типографий, и вот поэтому расследование этого дела было поручено мне, так как оперативный отдел, в котором я работал заместителем начальника, осуществлял надзор за выполнением правил в типографии».

Получив в руки эту «липу», опытный сыщик сразу приступил к тщательному анализу сложившейся ситуации. Достав из футляра лупу, с бдительностью Шерлока Холмса он стал исследовать «документ». Пропуска были так искусно подделаны, что казались настоящими; И гербовая печать, и подпись ответственного лица, ничем не отличались от оригинала, который принёс посыльный. Лишь только многоопытный глаз профессионала, мог заметить некоторые различия, ну а пока в результате дедукции Курлянд пришёл к выводу - раз на «пропусках» значились фамилии, то следует срочно найти этих людей и допросить.

Милиция не стала мешкать, и вскоре это было сделано. В итоге оперативной работы, были задержаны и доставлены в Управление три человека, чьи имена были указаны на липовых документах. Из их показаний работники УГРО узнали, что все эти люди приобрели эти «пропуска» у одной женщины, с которой они познакомились у железнодорожных касс. Теперь было необходимо задержать эту мошенницу, и оперативники отправились на Вокзал. Давид Михайлович лично возглавил эту операцию.

Одесский вокзал во все времена словно жужжащий пчелиный рой – шумные поезда, спешащие люди. Здесь представлена полная гамма человеческих чувств – радость встречи, горечь расставания, нетерпение ожидания. В первые послевоенные годы, людей на перроне была уйма. Многие приходили с надеждой встречать прибывающий поезд, - а вдруг сегодня вернётся с фронта тот, о ком так тоскует сердце …

Но оперативники не обращали внимания на приезжих и встречающих, им, нужно было среди этого разнообразия лиц выявить, только ту особу, которая занимается продажей фальшивых пропусков. Они потихоньку затесались в толпу, заняв длинную очередь в кассы. И хотя в ней не было женщин, похожих по описанию, Давид Михайлович нутром чувствовал мошенница где-то рядом. У одного из окошек железнодорожных касс происходила давка, а из него, то и дело доносилось:

«Граждане пассажиры предъявляем документы и приобретаем билеты» и вдруг среди гула, раздался голос из очереди, - А у кого их нет, что делать?

Усиленный громкоговорителем послышался ответ кассира, «Если у вас, их нет- то вам необходимо, взять свой паспорт, пойти, зарегистрироваться в милиции, там вам выдадут пропуск, а без него я вам билет не продам».

Вдруг интересующийся пассажир ощутил лёгкое прикосновение к своей руке. Давид Михайлович обернулся и увидел женщину в сандалиях и цветастом сарафане. О таких говорят, в сорок пять, баба ягодка опять.

Что, вам таки нужно срочно уехать? - лукаво усмехнувшись, спросила она.

«Во как - позарез» – сказал Давид Михайлович проведя ребром ладони себе по горлу.

«Шо так?» – полюбопытствовала соседка.

- Брат калекой с фронта вернулся, дали знать о себе ранения. Доктор сказал, что лекарство можно достать только в Одессе…

Ампулы-то я достал, а вот как билет купить теперь ума не приложу. Без пропуска не продадут Паспорт то тю-тю, - дома остался. Эх, что теперь делать, ведь дорога каждая секунда, брат помереть может? - вскрикнул солдат и с отчаянием схватился руками за голову.

Этот жест привлёк внимание людей, и они с сочувствием посмотрели в их сторону.

А дама внимательно оглядела, его запыленные китель и сапоги - тихонько промолвила: «Деньги есть»? Курлянд кивнул.

Взяв его за локоть, брюнетка в цветастом сарафане прошептала «Ну, тогда, ходь за мной в сторону, - потолкуем».

Вскоре договорённость была достигнута и половина названной суммы перекочевала в карман миловидной особы.

Из их разговора опытный сыщик понял, что где-то есть человек, который сварганит пропуск, да так что комар носа не подточит. Делов-то, всего пара секунд, только вписать личные данные, а там сразу топай за билетами, но не обязательно с этой ксивой появляться на Центральном вокзале - легко уехать со станции «Одесса - Товарная». Услуга - всего сотня. Пытался торговаться, но куда там, - посредница в таких делах поднаторела. Отведя Курлянда в привокзальный скверик, женщина сказала – посиди тут на скамеечке, милок, а я скоро вернусь. Промолвив это, она быстро засеменила в сторону запутанных закоулков.

Окунувшись в прохладную тень деревьев, Давид Михайлович остался ждать. Преследование могло вспугнуть Диану, – так она назвалась…

Руководителю – полагается заслуженный отдых. Пусть другие поработают, ведь они уже получили сигнал – Только следить – подумал сыщик, развалившись в приятной истоме… Через некоторое время женщина появилась с документом, «Солдат невидимого фронта» поднёс бумагу к глазам и не поверил, вот это удача, точно такой же каллиграфический почерк.

С задержанием спешить не следовало, так как было неизвестно, как прошла операция, а баба по виду крепкий орешек – сразу не расколется.

Рядом остановился долговязый мужчина в кепке и майке, неожиданно он снял головной убор и пригладил волосы, по этому жесту Давид Михайлович понял, что что-то пошло не так. Вот если бы «прохожий», вытер вспотевший лоб, то это бы значило, что всё в порядке, а так в наблюдение возникли какие –то накладки…

Поблагодарив посредницу и рассчитавшись с нею за услугу, Курлянд не спешил уходить, он провожал взглядом эту охотницу за доверчивыми клиентами, которая направилась обратно на вокзал. Его взор не был одинок, так как ребята ни на секунду не упускали объект из поля зрения. «Так, где же случился прокол?» - эта мысль не давала покоя руководителю операции. (Как потом выяснилось, в первый раз мошенница перехитрила сыскарей, используя для этой цели проходной двор).

Вернувшись в управление, Давид Михайлович получил результаты графического анализа. Экспертами было установлено, что надписи на «липе» имеют идентичность с почерком сотрудницы паспортного отдела ответственной за выдачу пропусков.

Как вспоминал впоследствии Курлянд: « Я готовился допросить её на следующий день, но вскоре необходимость в этом отпала».

Вечером ему сотрудники доложили о результатах. В итоге кропотливой оперативной работы, был определён адрес, который посещала Диана. Сразу же возникло предположение, что там может помещаться подпольная типография, которая могла печатать помимо липовых пропусков, ещё деньги, документы, пропагандистские издания, ведь дом находился на Сахалинчике, а в те времена это был злачный район города, поэтому требовалось хорошо подготовиться. Вскоре это было сделано, и милиционеры выехали на боевое задание.

Войны не получилось. К удивлению оперативников вместо хорошо законспирированной банды фальшивомонетчиков, они обнаружили одинокого пожилого человека с характерной фамилией Шариков. В результате проведённого у него обыска были найдены: нарезанная бумага, чистые бланки, литографский камень, типографская краска, поддельные печати и мн. др.

После чего арестованный был доставлен в милицию, а на следующий день на вокзале задержали его сообщницу. В этот раз этой хитрой бестии не удалось скрыться от оперов.

Вскоре состоялась очная ставка.

Шариков свою вину признал полностью и рассказал, с чего началось изготовление фальшивых пропусков.

Поведал, что как-то случайно нашёл уже использованный документ на выезд и долго его рассматривал. Так как когда-то он был учеником в литографии, то решил проверить своё умение. Купил всё необходимое и взялся за дело. Первоначально «пропуска» получались отдалённо похожими, но старик не отчаивался – оттачивал мастерство и вскоре приобрёл необходимые навыки, а затем с помощью своей знакомой Дианы, - наладил это прибыльное дело...

За подделку государственных документов, в военное время, преступнику грозила высшая мера наказания. Как вспоминает Давид Михайлович; «У меня возникло подозрение, что Шариков не мог сам изготовить бланки пропусков на литографском камне, ибо печатный текст был выполнен очень мелкими буквами.

Похитить чистые бланки в паспортном отделе, тоже было исключено, они надёжно хранились в несгораемом сейфе».

Опытному сыщику пришло на ум, что этот «Полиграф Полиграфович» сам является посредником и прикрывает подпольную типографию, поэтому он решил его проверить. Давид Михайлович навестил умельца в тюрьме и пообещал, что если тот за ночь сумеет изготовить такой же липовый пропуск, то ему расстрел заменят каторгой. Шариков согласился, ему принесли, инструменты и материалы, обнаруженные у него на квартире, и он взялся за дело.

Уже утром Давид Михайлович Курлянд получил два пропуска-близнеца - так народный самородок доказал своё криминальное искусство.

Суд смягчил меру наказания и П. Шариков был отправлен в лагерь сроком на десять лет, сообщница тоже получила по заслугам. Но на этом липовые документы не перестали появляться в Одессе.

В сентябре этого же года одесская милиция задержала на станции «Одесса-Товарная» двух подозрительных субъектов в солдатской форме, которые искали сообщников среди других военнослужащих, чтобы совершить ограбление состава с продовольствием. У этих «агитаторов» были подложные документы, да и сами они не могли вразумительно объяснить, чем занимались во время оккупации. Их арест позволил работникам розыска выйти на след тайной группы диверсантов, оставленной фашистами в советском тылу для совершения террористических актов, но это уже совсем другая история…